Это невероятно! Посмотри!
Другого такого города нет. И никогда не было!
Ты как будто здесь впервые.
Я просто нечасто сюда выбираюсь.
Ты можешь представить как сногсшибателен этот город во время дождя?
Представь 20ые годы, Париж 20ых,
дождь, художники, писатели.
Почему каждый город должен быть под дождем?
Что прекрасного в том, чтобы мокнуть?
Можешь представить как мы переедем сюда после свадьбы?
Боже, нет.
Я не смогу жить вне Штатов.
Знаешь, а я бы остался здесь, писал романы,
а не ковырялся бы в этих сценариях к фильмам...
Вот что я скажу:
Я бы оставил дом в Беверли Хилз,
бассейн и всё, не раздумывая.
Просто подумай: Здесь жил и работал Моне.
Мы в 30 минутах от города.
Представь, как мы будем здесь жить.
Мы бы могли, конечно, если моя книга не провалится.
Ты влюблен в свою мечту.
Я влюблен в тебя.
Нам надо возвращаться. У нас ужин с мамой и папой.
Что ж, поехали.
А вот и наши туристы.
Если я увижу еще один милый бульвар или бистро, я...
- Что за город! - Да, чтобы посмотреть.
Я мог бы здесь жить!
Мне кажется парижане меня принимают.
Я вижу себя прогуливающегося по Левому Берегу
с батоном под мышкой
направляющегося к Кафе де Флор, чтобы черкануть пару строк.
Как назвал это Хемингуэй? "Праздник, который всегда с тобой. "
Здесь он застрянет в пробках.
Выпьем за новое предприятие Джона!
- Поздравляю. - Спасибо.
Буду откровенен.
Я заинтересован в слиянии с французской компанией, но все же,
не могу назвать себя французофилом.
- Джон не разделяет их политику. - Точно не дружественную Штатам.
Ну, вы же не можете винить их в том,
что они не последовали за нами в нору кролика в Ираке.
- Вся политика Буша... - Давайте не будем.
Дорогая, ничего страшного, что мы с твоим отцом
расходимся в взглядах.
Это и есть демократия.
Твой отец отстаивает интересы правого крыла республиканской партии,
а я считаю, что это
форменное безумие, но это...
Но это же не значит, что мы не уважаем взгляды друг друга, верно?
- Давайте обсудим планы на свадьбу. - Да! Конечно.
- Твой отец просто.. - Инес?
- Кэрол? - Привет.
Боже.. Что вы тут делаете?
Рада встрече!
- Как ты? - Хорошо, спасибо.
Пол и Кэрол Бэйтс, это моя мама
- и папа, и конечно Гейл. - Здравствуйте.
Ты.. ты не говорила, что будешь здесь.
Нет, это было так внезапно.
Пола пригласили провести лекцию в Сорбонне.
Прекрасно!
Отец здесь по делам, и мы решили
тоже воспользоваться случаем.
Как замечательно. Мы могли бы проводить время вместе.
Боюсь, что мы связаны обязательствами, и мы...
- Что? - Что вы делаете завтра?
Мы едем в Версаль.
Как я хочу увидеть Версаль.
Но это.. Не вовремя.. Мы завтра
идем на ланч в Брассери Липп.
- О, нет... - Да, все уже... Это...
Я знаю одного профессора, который там обедал
и видел Джеймс Джойса!
Это было миллион лет назад и как известно
Джойс ел квашенную капусту с сосисками.
Это... Это уже конец истории?
Ну, это не история, скорее факт из...
- Мы с радостью поедем в Версаль. - Прекрасно.
Надеюсь, ты не будешь таким социопадом завтра в Версале.
- Социопадом? - Прекрати!
Ты мог просто сказать, если не хочешь туда ехать.
Ну, они же твои друзья, и я должен признать,
что не на такой короткой ноге с ними, как ты.
Он замечательный.
Я была так влюблена в него в колледже. А Кэрол очень интересная.
Он псевдоинтеллектуал.
- Ну немного. - Ох, Гил,
не думаю, что псевдоинтеллектуалам дают проводить лекции в Сорбонне.
Ты должен дать ему свою книгу.
С какой стати?
Потому что он может ее оценить
и возможно, показать тебе твои слабые места.
Мое слабое место в том, что я Голливудский проныра,
который не давал никогда своим литературным способностям выхода.
- До этого времени. - Прошу, Гил...
Дорогой, просто пообещай мне.
Если эта книга.. не получится,
ты прекратишь мучить себя
и начнешь делать то, что у тебя получается лучше всего.
Студии тебя обожают. Ты им нужен...
Неужели ты хочешь разменять себя попусту?
Зачем тебе это?
Как я знаю, Луи перевез сюда свою резиденцию,
в 1682.
Изначально здесь было болото.
Если я не ошибаюсь,
на старофранцузском слово "версаль"
означает, что-то вроде,
- "местности, где выкорчеваны сорняки". - Неужели?
Вот центральная секция
расцвет французского классицизма.
Работа, как я знаю, Лево Луи,
Мансара...
...и Лебрена Шарля.
Я бы не отказался от такого летнего домика.
- Кто бы отказался. - Я бы тоже,
но помните, в те времена,
они принимали только ванны, а я определенно сторонник душа.
Куда вы собираетесь после свадьбы?
Малибу.
- Правда? - Да, мы подумываем о Малибу.
А я настаиваю на чердаке под небом Парижа.
Как в "Богеме" Пуччини?
В таком случае для полноты, вам не хватает еще туберкулеза.
На самом деле, проблема в том, что он не уверен,
сможет ли он закончить роман.
Дорогой, не обижайся, ты знаешь...
что все любят твои фильмы.
Сценарии проще, так что...
Почему бы тебя не рассказать о главном герое, над которым ты сейчас работаешь?
Я не люблю обсуждать свою работу.
Тебе же не обязательно описывать весь сюжет, только героя.
Нет, нет, нет.
Он работает в ностальгическом магазине.
- Что такое "ностальгический магазин?" - Это не там, где продаются
куколки Ширли Тепмл и старые радиоприемники?
Никогда не понимал, кто покупает эту чепуху.
Люди, которые живут в прошлом.
Люди, которые думают, что их жизнь была бы лучше,
если бы они родились пораньше.
И какую же эпоху
вы бы выбрали, Минивер Чиви?
Париж 20ых под дождем,
и даже не кислотным.
Понимаю, никакого глобального потепления, телевизора, террористов,
ядерного оружия, наркокартелей!
Шаблонные черно-белые ужастики.
Ностальгия - это уход.
Уход от болезненного настоящего.
Гил настоящий романтик. Он был бы более чем
счастлив прожить отвлеченную жизнь.
А имя этому заблуждению
"тоска по золотому веку. "
- Точно. - Заблуждение, что
другой период времени лучше, чем настоящий.
Это недостаток в воображении романтиков, которые
не могут совладать с тяжелой действительностью.
Это самое красивое кольцо, что мы видели.
Свадебный оркестр играет песню "Бриллианты".
Так всё должно быть. А потом, все, даже
на задних рядах, увидят, как он одевает его мне на руку.
Инес, это будет потрясающе!
- Я надеюсь только... - Я не хочу больше об этом говорить.
Это твой выбор. Что я могу добавить?
Гил... умный и очень успешный.
Он говорит о том, чтобы всё бросить и переехать сюда!
Ну да, он "говорит" об этом.
Это и пугает меня.
Это, конечно, самая известная статуя Родена.
Ее копия установлена рядом с его могилой.
Роден пожелал, чтобы она служила надгробием.
- Это правда? - Это было в Мёдоне. Он умер от гриппа,
если не ошибаюсь. В 1917, полагаю.
Он столько знает.
Многие работы Родена были вдохновлены его женой, Камиллой.
Да, она оказала влияние, но Камилла не была женой, она была любовница.
- Камилла? Нет. - Да.
- Роза была женой. - Ни в коем случае, он не был женат на Розе.
Нет, он женился на Розе
в последний год их жизни. - Вы ошибаетесь.
Ты споришь с гидом?
- Да. - Я уверена в правоте, монсеньор.
Вообще-то она права.
Я прочел недавно двухтомную биографию Родена и
скажу: Роза была жена, Камилла - любовница.
- Ты прочел? Где... - Да, недавно закончил. Я растерялся
потому что как и ты думал, что все наоборот.
Это не страшная ошибка.
Отец приглашает вас на дегустацию вин.
О, это так по-французски!
Пол - эксперт по французским винам.
- Ты шутишь, правда? - Конечно, правда.
Когда ты прочел биографию Родена?
Я? Зачем мне читать его биографию?
Я всегда за калифорнийское вино, но
Напа Вэлли в 6000 милях отсюда.
Джон, дружище, как ты?
Пойдем, терпеть его не могу.
А как на счет
- выпить еще вина? - Да! Начнем отсюда.
Итак, что предпочтешь?
Думаю, что нам нужно подойти к этому научно и
снова попробовать их все. Я не знаю.
- Почему у тебя щеки горят? - В каком смысле?
- Они не горят. - Они ярко красные.
Может, это из-за источаемых тобой флюидов.
Эти флюиды сводят меня с ума!
- Прекрати! - Секс и алкоголь.
Они наполняют желанием,
но убивают реализацию, согласно Барду.
Попробовали '61?
Божественно!
Его выбрал Пол.
- Что такое? Что такое? - Больше танина, чем в '59,
а я предпочитаю фруктовому привкусу дымчатый.
Мы с Кэрол собираемся потанцевать.
Слышали про одно замечательное местечко, вам интересно?
Нет, я не хочу портить веселье,
но мне надо подышать воздухом.
Ой, да ладно!
Хотя, если ты собираешься сидеть и смотреть
в сторону черного выхода, тогда...
Эй! Если Гил не хочет идти, я разделю с тобой Пола.
Я очень демократична,
а Пол потрясающий танцор.
Если хочешь. Мне хочется прогуляться,
лечь в постель, потом как-нибудь потанцуем.
Ладно, но я же могу пойти?
- А ты хочешь? - Ну, да.
Я не устала, и давно уже хочу потанцевать,
так что увидимся в отеле.
- Я присмотрю за ней. - Ладно.
Я возьму такси. Такси!
- Ты тоже возьми такси. - Мне не нужно такси, я иду пешком.
- Ты потеряешься. - Ладно, я пошел.
Он хороший писатель? Ты читала его прозу?
- Он никому не позволяет. - Не позволяет?
Слушай, если он захочет, я с радостью просмотрю его роман и укажу слабые места.
Это было бы здорово!
Я думаю, это то, что ему надо!
Чтобы кто-то еще прочитал его.
И ты не будешь снисходительным?
Уверяю тебя, ни в коем случае.
Это я о тебе знаю.
Видишь ли, когда дело касается писательства,
для него не существует больше ничьего мнения.
Правда?
Извините! Парле ву... Говорите по-английски?
Отель Бристоль?
- Что? - Давай сюда.
- Я не расслышал вас. Что? - Давай!
Давай, залезай в машину!
Ребят, вы с кем-то меня перепутали.
Я не понимаю. Я немного пьян! Я не могу...
Это что, старый Пежо? У меня есть друг в Беверли, который их коллекционирует.
Давай выпьем.
- Давай, приятель! - Ладно.
Давай руку, садись.
Поехали в Париж, город огней.
Ребят, вы куда меня везете?
Это не совсем честно, потому что я выпил уже достаточно красного вина.
Я люблю шампанское...
Ночь только начинается. Пей!
Я пью!
- Потерялся? - Ах, да.
- Ты американка? - Если Алабама считается Америкой, то да.
Скучаю по самогону. Чем занимаешься?
- Я? Я писатель. - Кого пишешь?
- Ну, сейчас я работаю над романом. - Правда?
Я Зельда, кстати. Эй, Скотт!
- Да, в чем дело, дорогая? - Вот писатель из... откуда ты?
- Калифорния. - Скотт Фицджеральд, а кто ты, дружище?
Гил... У вас такие же имена...
Как у кого?
Скотт Фицджеральд и...
Скотт и Зельда Фицджеральд. Разве она не красавица?
Да! Это просто совпадение...
У тебя стеклянный взгляд. Потрясенный. Озадаченный. Ошеломленный.
Я... все смотрю на человека за пианино и...
верите вы или нет, но я видел его лицо на обложке старой пластинки.
Я знаю, что могу быть лучшим автором песен, хотя это не значит, что я могу писать мелодии,
но когда я слышу его песни, я понимаю, что никогда не напишу что-либо стоящее,
- и что мой талант покоится на дне бутылки. - Вот уж точно.
Но это же не он написал?
Это невозможно...
- Какие книги ты пишешь? - Я работаю над...
Где я?
Извини, ты никого не знаешь?
Друзья устроили вечеринку для Жана Кокто.
Эй, дамочка. Что... Вы издеваетесь что ли?
Я знаю о чем ты. Здесь скучно. Я согласна!
Пора двигаться. Пойдем в Брикстоп!
- Брикстоп? - Мне скучно! Ему скучно! Всем скучно.
Нам. Всем. Скучно. Пойдем в Брикстоп.
Скажи Колу и Линде...
...Гил? Ты с нами?
Это одно из самых лучших мест в Париже. Они подают виски сауэр.
Здравствуйте.
Простите меня. Сегодня я мешал пшеницу с виноградом.
Итак, это писатель... Гил. Правильно?
Гил Пендер.
Хемингуэй.
Хемингуэй?
Понравилась моя книга?
Понравилась? Я влюблен! Во все.
Да, это хорошая книга, потому что она честная,
а это то, что делает война с мужчиной.
Нет ничего хорошего и благородного подохнуть в траншее,
если только ты не дохнешь достойно,
и тогда это не только благородно, но и храбро.
Ты прочел мой рассказ? Что скажешь?
Были кое-какие проблески, но не больше.
- Я знала, что ты возненавидишь его. - Но дорогая, не принимай близко к сердцу.
Тебе понравился мой рассказ, а он меня ненавидит!
Прошу, дружище, не усложняй.
Я переменчива. Внезапно мне здесь больше не нравится.
Куда ты идешь?
- Он идет к Сейнт Жермен. Я иду с ним. - Зельда, дорогая...
Если ты останешься и будешь пить с ним, я ухожу с тореадором.
Приведешь ее назад не слишком поздно?
- Она сводит тебя с ума. - Она потрясающая
и у нее есть талант.
Сейчас это писательство. Вчера это было что-то еще.
Ты писатель. Тебе нужно время, чтобы писать. А не болтаться попусту.
Она губит тебя, потому что она настоящий соперник. Ты согласен?
Я?
Открой рот, ради Христа! Я спрашиваю, не совершает ли мой друг ошибку.
На самом деле, я не очень знаком с Фицжеральдами.
Ты писатель. Ты делаешь обобщения. Ты был с ними всю ночь!
Может не будем обсуждать мою личную жизнь на людях?
Она ревнует его к его таланту, а у него редкий талант.
- Тебе нравится его работа? Скажи ему. - Прекрати!
Тебе нравится Марк Твен?
Я пойду найду Зельду.
Мне не нравится представлять ее с этим испанцем.
Можно?
Я вообще-то большой поклонник Твена.
Думаю, что можно сказать, что вся современная американская литература
идет от Гекельберри Финна.
- Ты ящик? - Нет. Вообще-то нет.
Что ты пишешь?
- Роман. - О чем?
Он о человеке, работающем в ностальгическом магазине.
Что за хрень этот ностальгический магазин?
Место, где продаются старые вещи.
И... Это звучит паршиво?
Не бывает паршивой темы, если история правда.
Если текст чист и честен и если он о достоинстве и храбрости.
Да уж.
Могу я вас попросить о самой большой услуге в мире?
- Это что? - Вы прочтете его?
- Твой роман? - Да, он всего
400 страниц, а я ищу, знаете ли, отзыва что ли.
Мой отзыв - я ненавижу его.
Но вы же его даже не прочли.
Если он плох, я возненавижу его, как плохую писанину,
а если хорош - от зависти я возненавижу его еще больше.
Тебе не нужен отзыв другого писателя.
Да, знаете... Знаете, что?
Мне трудно
дать кому-то его оценить.
Писатели соревнуются.
Я не буду соревноваться с вами.
Ты слишком скромен. Это не по-мужски.
Если ты писатель, заявляй о себе, как о лучшем!
Но это лишнее, пока я здесь. Или ты хочешь одеть перчатки и разрешить это?
Нет, не хочу.
Я не буду читать твой роман, но скажу, что я сделаю.
Да?
Я дам его Гертруде Штейн.
Она единственная, кому я доверяю свои рукописи.
Вы покажете мой роман Гертруде Штейн?
- Давай его мне. - Я принесу.
- Она возвращается из Испании завтра. - Отлично.
Я заберу его. Я...
Я не могу описать, как я взволнован! Это будет новый толчок!
У меня сердце из груди выскакивает!
Я возьму роман и сразу назад.
Успокойся, Гил!
Ну и ночка. Фицджеральд. Хемингуэй!
Отец! Ты должен...
Так, мы же не обговорили, где встретимся.
Хорошо, что ты не пошел с нами. Тебе бы не понравилась ни музыка, ни люди,
но мне было весело.
Ты о чем думаешь? Вид у тебя какой-то потерянный.
Если бы я сказал, что провел
эту ночь с Эрнестом Хемингуэем и Скоттом Фицджеральдом,
- что бы ты сказала? - Ты об этом замечтался?
О своих литературных идолах?
Да, но если это не было мечтой...
Что ты имеешь в виду?
Что если я был с Хемингуэем, Фицджеральдом
и Колом Портером.
Я бы подумала, что ты головой повредился.
А если я скажу, что Зельда Фицджеральд абсолютно
такая, как о ней пишут.
Очаровательная, но везде сующая свой нос.
Она недолюбливает Хемингуэя.
И Скотт знает об их взаимной антипатии, но ему приходится разрываться,
потому что он любит ее!
Давай, поднимайся!
Прекрати болтать чепуху, иначе мы опоздаем.
Вообще-то, я...
Я лучше останусь и поработаю над своим романом.
Надо отшлифовать некоторые моменты.
Нет. Займешься этим после. Мама сделала нам скидку у декоратора.
Посмотри на это, Инес.
Они прекрасно будут смотреться в пляжном домике в Малибу.
Вы о чем?
Грабёж на $18,000.
$18,000 за это?
Подожди, это в евро, так что еще дороже.
- Так что это 20. $20,000. - Даже больше.
Да, но дома ничего такого не найти.
- Она права, Гил. - Да, но у нас даже дома еще нет.
И мы пытаемся сократить расходы, чтобы мне не пришлось заниматься левой писаниной.
Ты получаешь то, за что платишь.
Дешево и есть дешево.
А не хотите прогуляться?
Прогуляться? Нет, дождь накрапывает.
Это же прекрасно гулять под дождем!
В этом нет ничего прекрасного.
Не забудьте, вы у нас сегодня ужинаете.
Ах, да, точно.
А после ужина тебя ждет большой сюрприз.
- Что? Нет, я не люблю сюрпризы. - Доверься мне, это будет невероятно.
Вы уверены, что не хотите прогуляться под дождем?
Это наш последний шанс. Не так уж и льет.
Я не понимаю. Куда мы идем?
Ты так торопился уйти,
что папа даже не доел свои профитроли.
Профитроли? Это будет самое потрясающее приключение в твоей жизни!
- Так куда? - Пожалуйста, Инес.
- Зачем ты носишь с собой рукопись? - Когда ты узнаешь
у тебя челюсть отвалится.
Знаешь, я не люблю говорить загадками, но если я говорю, что это невероятно...
- Я просто не понимаю. - Тебе интересно, почему я такой странный?
- Да. - Ты скоро узнаешь,
и удивишься, что я не был еще более странным.
- Это очень... - Знаю. Знаю.
Я не знаю, что у тебя на уме, но это не стыкуется с идеей невероятного приключения.
Я устала после фитнеса и массажа, так что я беру такси.
- Такси! - Инес, подожди!
Давай еще немного подождем.
Если ты хочешь бродить по ночным улицам Парижа, хорошо.
Валяй. Но я сейчас читаю интересную книгу, которую мне дала Кэрол.
Прекрати, еще 10 минут, и мы пойдем домой.
Если я буду спать - не буди.
Что я делаю не так?
Конечно, она может быть права и мне надо увидеться с неврологом.
Ладно, ты был на дегустации, немного выпил, но держал себя в руках.
Потерялся, гулял один... вот это место...
Это произошло всего один раз.
Часы пробили полночь...
Привет!
Здравствуйте, мистер Хемингуэй.
Дайте я сяду.
Задание было захватить холм. Нас было четверо.
5 если считать Винсента, но он потерял руку от взрыва гранаты.
И уже не был таким, каким мы его впервые встретили.
Но он был молод и храбр.
От дождя земля размокла. К холму вела дорога,
а на ней было много немецких солдат.
Мы нацелились на ближайшую группу,
и если наш расчет был верен, мы смогли б их задержать.
- Вам было страшно? - Чего?
Быть убитым?
Ты никогда ничего не напишешь, если боишься смерти.
- Ты боишься? - Да, боюсь. Я бы сказал, что это...
мой самый сильный страх.
Это то, что всегда было свойственно людям.
Ты любил когда-нибудь по настоящему прекрасную женщину?
Вообще-то, моя невеста очень даже ничего.
А когда ты занимаешься с ней любовью, ты испытываешь
настоящее чувство, от которого хоть на миг теряешь страх смерти?
Нет, такого не бывает.
Я думаю, что настоящая любовь дает смерти передышку.
Вся трусость от недостатка любви, или плохой любви, что одно и то же.
И если храбрый мужчина смотрит прямо в лицо смерти,
как это делают охотники на носорогов, или мой знакомый Бальмонт,
то это потому, что он наполнен до предела любовью, которая вытесняет из него страх,
до того момента, пока страх не вернется.
А потом он должен полюбить снова.
Подумай над этим.
Элис, как поживаешь?
Хорошо? Хорошо. Она здесь. Следуй за мной.
Это Гил Пендер, мисс Штейн.
Он молодой американский писатель. Думаю, вы должны были познакомиться.
Рада, что пришли.
Вы поможете разрешить, кто из нас прав.
Я объясняю Пабло, что портрет не отображает Адриану.
В нем есть широта, но нет объективности.
Посмотри, как он ее написал:
наполнил сексуальным подтекстом,
плотской до последней капли, да, она красива, но
это нежная красота, здесь необходима чувственность.
Какое ваше первое впечатление от Адрианы?
Исключительно красива.
Конечно, вы правы мисс Штейн.
Но можно понять, почему он потерял объективность.
Он создал развратницу с площади.
Шлюху с большими аппетитами.
Она твоя любовница, но мы ее так близко не знаем.
Ты скатился до мелкого буржуа и превратил ее в объект удовольствий.
Это больше натюрморт, чем портрет.
А что это за книга, о которой вы говорили?
Это она?
- Да, вот... - Я гляну.
Ты прочел ее, Хэм?
Нет, доверяю это тебе. Ты всегда оцениваешь непредвзято.
"Из прошлого" - таково было название магазина,"
"и торговал он прошлым. "
"Что было прозаичным и даже вульгарным для одного поколения,"
"превращалось с течением времени"
"в нечто загадочное и экстравагантное. "
Мне нравится.
Меня уже зацепило. Зацепило.
Я начну сегодня же,
но сначала, мне нужно кое-что обсудить.
Я уже 2 месяца жду ответа от редактора.
Я отправила ему отрывок, который мы вместе просмотрели, и еще четыре
и плюс еще четыре покороче. И этот парень, я дала ему копию...
Как бы то ни было: 2 месяца и ни строчки.
Неужели вас и правда зацепило с первых строк?
Прошлое всегда имело для меня особую притягательность.
Для меня тоже. Особую привлекательность.
Я всегда говорю, что родился слишком рано.
Я тоже.
Для меня Париж Прекрасной эпохи подошел бы идеально.
- Правда? Лучше, чем сейчас? - Да.
Совсем другое восприятие, уличные фонари, киоски,
лошади и коляски
и ресторан Максим.
Ты очень хорошо говоришь по-английски.
- Нет, не очень. - Да, еще как!
Как давно ты встречаешься с Пикассо?
Бог ты мой, это я только что сказал?
Пардон?
Я не хотел... не хотел лезть... Ты родилась в Париже?
Я родилась в Бордо.
И переехала сюда изучать моду.
Но ты не хочешь ничего этого слышать.
Нет, хочу.
Продолжай. Ты переехала сюда изучать моду...
Я... приехала учиться с Коко Шанель,
и влюбилась в Париж,
а также,
в черноглазого навязчивого итальяно-еврейского художника.
Я знала, что у Амедео есть другая, но все же не смогла ему отказать и переехала к нему,
это были прекрасные 6 месяцев.
М.. М... Модильяни?
Ты жила... Ты жила с Модильяни?
Ты сам попросил рассказать мою жалкую историю.
У Брака тоже была другая.
Много.
А сейчас
с Пабло.
Он женат, но...
каждый день, то люблю, то не люблю.
Не знаю как его терпят женщины, он невыносим.
Ты вывела групи художников на совершенно новый уровень.
- Пардон? - Да так. Я хотел сказать, что...
Расскажи мне о себе.
Что? Что я могу рассказать... - Ты приехал в Париж, чтобы писать?
В наши дни, многие
американцы испытывают необходимость писать именно здесь.
Разве Хемингуэй не душка?
Обожаю его произведения.
Знаю. Вообще-то я здесь проездом.
Ты должен остаться.
- Ты думаешь? - Да, это прекрасный город
- для писателей, художников. - Я бы с радостью, но это не так просто.
И
мне не так сильно понравилась твоя книга...
...чтобы не дослушать ее до конца.
Тебе правда понравилось? Я еще работаю над некоторыми местами...
Поехали на Монмартр. Выпьем, а?
Я скажу вам свое мнение как только прочту. Как мне вас найти?
Почему бы мне самому не заглянуть как-нибудь к вам?
- Наши двери всегда открыты. - Ты едешь с нами?
Мне бы очень хотелось, но боюсь, я не могу.
Надеюсь встретить тебя еще как-нибудь.
Это было бы здорово.
В один день я украду тебя из рук этого гения.
Он велик, но он не Жоан Миро.
Я Гил Пендер.
Я был с Хемингуэем и Пикассо.
Пабло Пикассо и Эрнест Хемингуэй.
Я Гил Пендер из Пасадены.
Бой скаут. Проваливший экзамен по английской литературе.
Старина Гил Пендер и его роман
в руках Гертруды Штейн.
Боже, она такая...
милая.
Жаль, что вы не ходили вчера с нами в кино.
Мы посмотрели забавный американский фильм.
Кто в нем играл?
Не знаю, я не помню имён.
Забавный, но забываемый. Кажется, этот фильм я уже видел.
Возможно, даже написал.
Я знаю, что он идиотский,
крайне недалекий и неправдоподобный,
- но мы с Джоном так смеялись. - Мы уже были там?
Разве?
Во сколько ты вчера вернулся?
Не поздно...
Эти ночные прогулки действуют благоприятно на мое творчество.
Не мешая распорядку дня. Возможно даже я и сегодня
- пойду прогуляться. - Посмотрим.
Да, посмотрим.
Взгляни на эти фигурки из стекла.
Да, очень красиво.
- А, вы американец. - Да.
Вам нравится Кол Портер?
Да, я большой поклонник. Мне нравится
думать, что я принадлежу к узкому кругу друзей Линды и Кола.
Я шучу.
Очень красивый текст.
- Потрясающий. - Очаровательный.
Гил?
- Гил? - Да?
- Нам пора идти. - Уже?
Да, мы встречаемся с Полом и Кэрол на закрытом показе в музее.
Ах, да.
Ты же знаешь, Пол ведь эксперт по Моне,
так что это будет познавательно для тебя.
Вперед, приобщаться к культуре.
Подбор красок поразительный.
Этот человек настоящий отец
абстрактного экспрессионизма.
Беру свои слова обратно. Скорее, это Тернер.
Мне нравится Тернер,
но я думаю, что это...
невероятно.
Если не ошибаюсь, эта работа заняла у него 2 года.
Он работал в Живерни, где был часто...
Я слышал, что Моне пытался...
Не мешай слушать Пола.
Итак, его часто навещал Кайботт,
художник, по моему мнению, недооцененный.
Вот он, великий Пикассо.
Если не ошибаюсь, он написал этот прекрасный портрет с его
французской любовницы Маделин Брюссо в 20ые годы.
Пол, с этим я не соглашусь.
- Да ну. - Гил, просто послушай.
Может научишься чему.
Ладно, если не ошибаюсь,
здесь представлена неудачная попытка
написать молодую девушку по имени Адриана
из Бордо, если меня не подводят мои данные,
которая приехала в Париж учиться на театрального костюмера.
Также, я осведомлен, что у нее была связь с Модильяни, потом Браком,
и потом с Пабло. Пикассо.
Конечно, чего в этом портрете нет,
так это нежности
и ее привлекательности. Она была необыкновенна.
Ты че курил?
Едва ли могу я могу назвать эту картину прекрасной,
это больше плотское заявление
Пабло о том, как он ее видит. Видел ее.
Его отвлекало то, что она
была ненасытна в постели.
Для меня слишком дорого.
Куда сбежал Гил?
Работа.
Бродит по Парижу.
Якобы освещение ночного города его вдохновляет...
Но все окей, потому что я иду танцевать с Полом.
А где Кэрол?
Отравилась устрицей.
Ладно, увидимся.
Спасибо за ужин, папа.
Пока, дорогая.
Куда, как думаешь, ходит Гил каждую ночь?
Ты же слышал. Он гуляет, набирается идей.
- Чувствуется твой скептицизм. - Нет.
Я знаю, что он хорошо зарабатывает, но иногда кажется...
что у него детали какой-то не хвататет,
и мне не понравилось его замечание
о республиканском движении чаепития. Они порядочные
люди, пытающиеся вернуть страну.
Они не скрытые фашисты и
безмозглые солдафоны. Ты же слышала, что он говорит.
И все же, я не думаю, что следить за ним
- очень хорошая идея. - Почему?
Я хочу знать куда он ходит каждую ночь.
Мы знаем одно:
он не ходит на танцы.
Прошу прощения.
- Этот джентльмен вам докучает? - Привет, Гил!
Привет! Как ты? Мы надеялись тебя тут встретить.
Отличная вечеринка!
- Хорошо, что пришел. - Спасибо.
О, Дельфина?
- Гил, увидимся попозже, ладно? - Конечно.
- Какой сюрприз! - Чистая случайность.
Я был у Гертруды Штейн,
она практически прочла мой роман, и встретил этого парня.
Который оказывается Арчибальдом Маклиш. Он говорит, что направляется сюда.
Я не собирался напрашиваться к Фицджеральдам,
но потом он сказал, что здесь будешь ты. Ты и Пабло...
Пабло дома.
- Мы типа... поссорились. - Нет!
Смотрю, тебе понравилось танцевать с Джуной Барнс.
Стой. Это Джуна Барнс?
- Да. - Неудивительно, что она пыталась вести.
Разве не прекрасное место для вечеринки?
- Замечательное! - Только Фицджеральды такое могут!
Хочу кое-что тебе показать.
- Как твоя книга? - Дело продвигается.
Только посмотри!
Это начало века.
Разве не красиво? Это мое любимое время.
Обожаю. Все было идеально.
Я так рад тебя видеть.
- Я надеялся... - Я тоже рада тебя видеть.
Разве эта парижанка не праздник, который всегда с тобой?
Запомни мои слова. Я украду тебя
у этого беженца из Малаги так или иначе.
Кого ты выберешь, меня или Бальмонта?
У него есть смелость. Он видится с смертью чаще
и ближе, так что, если ты выберешь его, я расстроюсь, но пойму.
Да, она выбрала Пикассо, но Пабло думает,
что женщины только для того чтобы с ними спать или писать с них картины.
А как ты думаешь?
Я думаю, женщина равна смелому мужчине.
Ты когда-нибудь убивала выслеженного льва?
Никогда.
Хочешь знать, каково это?
- Не думаю. - Ты охотилась?
- Нет. - А ты?
Только за скидками.
Здесь как-то шумно, давай найдем место,
где сможем хотя бы друг друга слышать.
Кто хочет подраться?
Надеюсь, у вас ничего серьезного с Пабло.
Он мудак и собственник.
Художники словно дети.
Но я понимаю, почему они хотят писать с тебя картины,
потому что у тебя самое прекрасное лицо на свете.
Оно такое интересное...
- Ты тоже интересный и потерянный. - Потерянный?
Ну да, думаю, я потерянный.
Расскажи мне о своей книге.
Моя книга...
Знаешь что? Не хочу сегодня о ней думать.
Я просто хочу гулять с тобой по Парижу.
Я постоянно забываю, что ты всего лишь турист.
Это все упрощает.
Я никак не могу решить,
когда Париж красивее, днем или ночью.
Невозможно выбрать что-то одно.
Я могу предоставить неопровержимые доказательства как одного, так и другого.
Знаешь, я иногда спрашиваю себя: "Как может
книга, или картина,
или симфония, или скульптура соревноваться с великим городом?"
Это невозможно, потому что ты смотришь вокруг...
и каждая улица, каждый бульвар это особого рода произведения искусства.
А потом думаешь, как в этой холодной
грубой, бессмысленной вселенной, в которой существует Париж, эти огни...
Ведь нечего рассматривать ни на Юпитере, ни на Нептуне,
но далеко из космоса, можно видеть вот эти огни,
кафе, пьющих и поющих людей...
Из всего нам известного, Париж - это самая яркая точка вселенной.
Ты очень добра, но я бы не стал называть этот лепет поэтикой.
Хотя, у меня вроде неплохо получилось.
Кто-нибудь понравился?
Да. Мне стыдно признавать, но они мне все нравятся.
Мне нравятся дешевые удовольствия. Просто теряю разум.
Когда я училась в католической школе, на одних выходных
мы с соседкой заплатили девушке с площади,
чтобы она научила нас всем своим приемам.
- Честно? - Да.
Это...
Это... Мне надо это еще обдумать.
Мне нравится с тобой гулять.
- Потрясающе выглядишь. - Спасибо.
Боже, этот тот, о ком я думаю?
Что она здесь делает у воды?
Боже мой!
Зельда, что ты делаешь?
- Я не хочу жить! - Прекрати!
- Это как называется? - Скотт и эта привлекательная графиня.
Они... Было очевидно, что они шептались обо мне,
и чем больше они пили, тем больше он в нее влюблялся!
Он.. Скотт любит только тебя.
- Я говорю это с уверенностью. - Ложь.
- Он устал от меня! - Ты ошибаешься. Я знаю.
- Откуда? - Доверься мне. Я знаю.
- Иногда устанавливается взаимопонимание... - Моя кожа жжет!
- Что ты говоришь? - Я не хочу... Я ненавижу свой внешний вид!
Не делай этого!
- Вот, возьми это. - Что это?
Это валиум. Тебе станет лучше.
- Ты носишь лекарства? - Нет, обычно нет.
С тех пор, как я помолвлен с Инес,
у меня бывают приступы паники, но я у верен они отступят после свадьбы.
Никогда не слышала о валиуме. Что это?
Это... таблетка будущего.
Ты не говорил, что женишься.
Да, знаешь это...
только планы.
- Что ж, удачи с книгой и свадьбой. - Спасибо.
Я думаю, тебе бы понравилась Инес. У нее..
очень хорошее чувство юмора и
она очень привлекательная. Она говорит, что мы не сходимся везде кроме...
Кроме основных вещей.
Да, или... на самом деле,
скорее сходимся в малых.
Иногда возникает недопонимание в больших вещах.
Она хочет жить в Малибу и
хочет, чтобы я работал в Голливуде, и...
Но мы оба любим
индийскую еду. Хотя, не всю индийскую еду, ну...
знаешь... только питу.
Нам обоим нравится пита. Она вроде называется наан.
Мне пора.
Пабло будет скучать.
- Давай я тебя провожу. - Нет.
Допивай спокойно свой стакан. Мне недалеко.
- Нет, давай я... - Я хотела бы побыть некоторое время одна,
но все равно спасибо за вечер. Пока.
Мы сегодня уже встречались...
На вечеринке.
- Да. - Дали!
- Я помню! - Дали, да.
Обожаю этот язык!
Французский! Официантов? Нет.
Тебе нравится форма носорогов?
Носорогов? Э...
Никогда об этом не думал.
Я рисую носорогов. Я рисую тебя.
Твои грустные глаза.
Большие губы, лежащего на горячем песке,
с одной слезинкой.
Да! А в твоей слезинке - лицо.
Лицо Господа!
Да, в носороге.
Да, возможно, я выгляжу грустным. Я в...
тупиковой ситуации.
Мои друзья.
- Буньюэль? - Буньюэль и мистер Ман Рэй.
Ман Рэй? Боже!
Это Пен-дер.
Пендер!
Да. А я Дали!
Ты должен запомнить.
У Пендера тупиковая ситуация.
Это прозвучит безумно.
Вы подумаете, что я пьян, но
я должен поделиться с кем-то. Я...
из...
другого времени. Другой эры.
Будущего. Понятно? Я пришел...
сюда из 2000ых.
Я сажусь в машину и скольжу сквозь время.
Все правильно.
Ты живешь в двух мирах.
- Я не вижу ничего странного. - Как?
Ах, вы же сюрреалисты!
Но я обычный парень. Видите ли, в одной жизни
я обручен с женщиной, которую люблю.
По крайней мере, я думаю, что люблю.
Боже! Мне бы лучше ее любить! Я ведь на ней женюсь!
Носороги занимаются любовью
взбираясь на самку.
Но...
если ли разница
в красоте между двумя
носорогами?
Есть другая женщина?
Адриана. Да, и я...
без ума от нее.
Я думаю, она прекрасна.
Проблема в том, что другие мужчины,
великие художники - гении - тоже думают, что она прекрасна,
ну а она думает так о них.
Мужчина влюблен в женщину из другой эры.
Я вижу фотографию.
А я фильм.
А я непреодолимое препятствие.
Я вижу...
...носорога.
Ты что-нибудь написал вчера?
Да... я просто... начинаю думать, что моя
книга слишком реалистична.
Что я упускаю возможность дать моему воображению
разыграться и не быть столь последовательным.
- Почему ты так хороша по утрам? - Нет!
- Нам надо одеваться! - Ну секундочку!
Иди сюда! Я работал как проклятый. Мне надо закончить дело, но
я не могу больше сопротивляться. Ты так очаровательна с утра.
Пол сказал, что нам надо съездить за город.
Он пообещал отвезти нас в прекрасную маленькую гостиницу на ленч.
Но, если ты не хочешь, можешь не ехать.
Я же не собираюсь такое пропускать из-за тебя.
Здравствуйте! У меня есть небольшой вопрос о Родене.
Итак, как я понимаю, он любил свою жену
и также любил любовницу.
- Да. - Вы думаете, это возможно
любить двух женщин одновременно?
Он любил их обеих, но по разному.
Знаете...
Это очень... Это очень по-французски.
Вы такие... ну... больше...
имеете опыта в таких делах, чем мы.
Вы меня помните? Я был с...
- группой, в которой... - Да!
С вами был педантичный джентльмен.
Педантичный? Да. Точное слово.
Вот его фотография.
Я хочу знать, куда он ходит каждую ночь.
Что вы подозреваете?
Он помолвлен с моей дочерью.
Я хочу убедиться, что она делает правильный выбор.
Осторожность превыше всего.
Вы обратились в правильное место.
Месье Тиссерант лично проследит за джентльменом
и доложит о его ночных похождениях.
Спасибо, что остановились.
- Гил Пендер. - Том Элиот.
Том Элиот? Том Стернз Элиот?
Т.С. Элиот?
"Пруфрок" для меня как мантра!
Извините.
Представляешь, откуда я пришел,
люди измеряют свои жизни кокаиновыми ложечками.
- Здравствуйте. Мисс Штейн? - Пендер.
Я перейду к твоей книге через минуту. Я закончила.
У нас тут небольшая личная трагедия.
Хорошо. Мне зайти попозже? Не хочу мешать.
Нет, это не секрет.
Адриана оставила Пабло и улетела в Африку с Хемингуэем.
Он взял ее охотиться на куду, но она вернется.
Завывания гиен по ночам, когда пытаешься заснуть в палатке, сводят с ума.
Килиманджаро - это не Париж.
- Он взял ее на Килиманджаро? - Теперь о твоей книге,
она очень необычна.
Я имею ввиду, это практически научная фантастика.
Мы все боимся смерти и ищем своего места во вселенной.
Но задача художника не поддаваться отчаянию,
а находить противоядие от пустоты существования.
У тебя ясный и живой слог. Не будь таким обреченным.
Скажи Гилу, чтобы захватил костюм, завтра у нас ужин-прием.
Я забыла сказать, Гил не поедет в Мон-Сен-Мишель.
Почему нет? Я не понимаю!
Потому что он пишет. И переписывает.
И переписывает переписанное.
Говорит, "Пикассо никогда не покидал студию".
А я, "Гил, у тебя нет ничего общего с Пикассо. "
Он просто на меня смотрит.
Ну, он пропустит замечательные выходные.
- Я помню вас. - Правда?
- Он был ваш друг. - Кол Портер? Да.
И не забудь о Линде. Она мне тоже друг.
- Ты же понимаешь, что я шутил? - Да, я поняла.
Вы немного молоды.
Да, и ты кажешься молода, чтобы знать о его произведениях.
Это потому, что он написал много песен о Париже.
Как там было? Кажется, он был влюблен в твой город или что-то такое.
- Ты парижанка? - Да, месье.
"Да, месье. " Можешь звать меня Гил.
- Сколько я должен? - За это?
Вы говорите по-английски?
Ладно, спасибо.
"Париж существует. Любой выбравший"
"любое другое место на земле всегда будет для меня загадкой. "
"Ужин с Пабло и Анри Матиссом. "
"Пабло великий художник, но как живописец Матисс лучше. "
"Париж летом. Как это должно было бы быть
"сидеть напротив возлюбленного в Максиме в его... "
"в его лучшие времена."
"Я влюблена в американского писателя,"
"по имени Гил Пендер. "
"Это невероятное чудо случилось и со мной. "
"Я знаю, что и Пикассо и Хемингуэй влюблены в меня,"
"но по необъяснимой... "
"необъяснимой воле сердца"
"я влюблена в Гила."
"Возможно, это потому, что он кажется наивным и скромным. "
"Как и всегда в этой грустной жизни,"
"он собирается жениться на женщине по имени Инес. "
"Он пришел ко мне во сне"
"и принес подарок. Это были сережки. "
"Мы занимались любовью."
Сережки...
Боже мой! Что вы здесь делаете?
У папы боли в груди.
- Правда? - Я думаю, это просто несварение.
- Мы не можем рисковать. - Папе сделали ангиопластику 3 года назад.
Да. Точно.
Они вшили в меня шарик. Делов-то.
- Шарик? - Будьте добры доктора в комнату 728.
Не надо доктора!
Гил, ты куда нарядился?
Я? Нет. Я не наряжался. Просто писал.
Просто занимался писательством.
Ты одеваешься и душишься одеколоном, чтобы писать?
Нет. Я принял душ,
знаешь, в душе лучше думается,
все эти позитивные ионы.
Мы были уже на полпути в Монт-Сен-Мишель,
когда папа... жутко побледнел.
- Это ужасно! - Мы так испугались, что
- нам пришлось вернуться обратно. - Да, вам пришлось.
Джон, могу ли я чем-то помочь, хотя цвет вашего лица
- кажется нормальным, хотя я не доктор. - Нет, я в порядке.
Я уверен, что это из-за бёф бургиньон, который она меня заставила съесть.
- Что это? - Где?
- У тебя в руке? - Ничего.
- Это подарок! - Да. Да.
Я хочу сказать, нет.. Да подарок!
- Для меня? - Да.
Да так, ничего интересного. Взял на блошином рынке.
- Можно открыть? - Нет.
Дорогая, это для нашего специального ужина,
только тогда я подарю это тебе.
Это драгоценность? Надеюсь, в моем вкусе, потому что...
- то ожерелье с лунным камнем? - Но я думал тебе нравится лунный камень.
Ведь он маленький, но элегантный.
Вы всегда так говорите.
Дешево и есть дешево, вот что я говорю.
Да, вы же даже не видели это ожерелье.
Я его ни разу не одевала. Я покажу и вы поймете почему.
Внезапно всем разонравился лунный камень.
Ну он немного простоват.
Я думал тебе нравится простота.
Да, в этом проблема, ожерелье слишком простое.
Что я могу понимать? Слишком простое.
Где мои серьги с жемчугом?
Ты разве их брала с собой?
Что-то не помню, чтобы ты их паковала.
Да, брала, потому что я здесь их уже носила!
Нет, не правда. Они наверно выпали!
Обе сразу? Гил, у меня в ушах есть дырки.
Инес, я говорила, чтобы ты всё хранила в безопасном месте.
- Думаешь горничная? - Это всегда горничная.
Я знаю, что видела их утром.
Я заявлю о краже.
Знаешь, она была какая-то раздражительная вчера, когда я спросила...
Давайте не будем торопиться с выводами, ладно?
- Нельзя вот так просто обвинить в краже. - Да, я хочу заявить о краже.
- Инес, нет! - Вызовите, пожалуйста, начальника охраны.
- Пусть поднимается. Спасибо. - Это дьявольщина какая-то!
Нельзя так с людьми!
Можно, если они воруют.
Мне не нравилась эта горничная. С самого начала.
Она была мила. Она была добра. Весела!
Ты всегда встаешь на сторону потерпевшего!
Вот почему папа думает, что ты коммунист.
- Хочешь водички? - Я в порядке.
- Ему была сделана ангиопластика. - Без особой нужды.
Смотрите! Это они?
Я сам не знаю.
- Где ты их нашел? - Лежали в ванной.
- В ванной? - Да, на раковине.
Какого черта они делают в ванной?
Не знаю... Они просто...
Может, ты их уронила,
и когда уронила, горничная их подобрала
и положила туда, где они будут заметны.
Очень предусмотрительно с ее стороны.
Я их не роняла. Я бы их не уронила.
Главное, что они не украдены.
Пендер! Я как раз говорила Матиссу,
что мы собираемся купить одну из его картин для нашей коллекции.
Думаю, что 500 франков разумная цена.
500 франков за Матисса?
Да, звучит разумно.
Может быть и мне стоит прикупить 6 или 7 картин.
Что у тебя здесь?
Я принес переписанные первые главы моей книги.
Может вы скажете, в правильном ли направлении я продвигаюсь.
- Я посмотрю. - Отлично.
Слышно что-нибудь от Хемингуэя?
Они уже давно вернулись.
Проездка не удалась. Я знала, что у них ничего не выйдет.
Все кончено. И с Пикассо тоже.
Она одна в магазине Дейроль.
Одна?
Один из этих сумасшедших сюрреалистов
там женится.
Она будет рада тебя видеть.
Что ты здесь делаешь?
Пришел за тобой.
- За мной? - Может, это немного неожиданно, но
как писатель, скажем так, я хорошо разбираюсь
в людях- женщинах в частности.
И я ощущаю некие чувства,
которые, возможно, ты испытываешь ко мне.
А как же твоя свадьба?
Ну сейчас все немного неопределенно.
Я не знаю, что будет дальше.
Может в другом месте поговорим? Где-нибудь поспокойнее.
- Конечно. - Пойдем.
О, мистер Буньюэль!
У меня есть прекрасная идея для вашего фильма.
- Так? - Группа людей собирается
на официальный ужин. В конце ужина, когда они пытаются разойтись, они не могут.
Почему нет?
Просто не получается выйти через дверь.
- Но почему? - Момент,
когда им приходится быть вместе, цивилизованная оболочка
быстро спадает, и открывает то, что на самом деле
они есть: животные.
Но я не понимаю.
Почему они просто не выйдут из комнаты?
Просто подумайте. Кто знает?
Может в один день во время бритья, это вас заинтересует.
Я не понимаю. Что держит дверь?
Что ты делаешь?
Я не понимаю.
На секунду я почувствовал,
когда делал это, что я бессмертен.
Но у тебя такой грустный вид.
Потому что жизнь слишком загадочна.
Таково наше время.
Все движется очень быстро.
Жизнь трудна.
Я всегда был разумным человеком.
Я никогда не был слишком странным.
Я не остался здесь, когда впервые пришел.
Я по настоящему не пытался стать писателем.
Я вроде как просто работник в Голливуде.
Не смейся. Я просто хочу...
Я хочу прекратить все это.
Вот.
О! Это потрясающе!
Давай, надень.
Они такие красивые!
Смотри!
Давайте!
О, это прекрасно!
Невероятно! Как с фотографий...
Вот она: Прекрасная эпоха!
Я совсем не понимаю, что происходит в этом городе!
Надо бы рассказать об этом в торговой палате.
Спасибо.
Разве не поразительно? В наш первый раз, я рассказывала тебе об этом месте,
и Прекрасной Эпохе.
И вот мы здесь!
Не знаю почему, но у меня ощущение, что...
я не могу
поверить своей удаче.
А я могу. И знаю, куда бы я хотела сейчас пойти.
Указывай дорогу.
Смотри!
Боже мой!
Пабло его обожает!
- Я должна поздороваться. - Думаю, не стоит его отвлекать.
- Пойдем со мной. Мне страшно. - Правда? Ладно.
Мы знаем, что он одинокий человек.
- Уверена, что ему не помешает компания. - Ладно, пойдем.
Месье Анри?
Он просит нас присесть.
Ну немного французский я понимаю, и жесты.
Да, я американец.
Я тоже люблю ваши работы.
Знакомьтесь, Дега и Гоген.
Поль Гоген.
Видишь его скетчи? В наши дни никто так не умеет.
Ни Пикассо, ни Матисс.
Невероятно. Парле ву англицки?
Нет, нет. Я хорошо говорю.
Дега и я только что говорили о том, что...
Он сказал... он говорит, что
их поколение пустое и не имеет воображения.
Лучше было бы жить во время Ренессанса.
Нет, это величайшее время!
Он хочет, чтобы вы встретились с его другом Ричардом.
Он ищет костюмера для своего нового балета.
- Костюмы для балета? - Да.
Бог ты мой! Я...
не живу здесь.
Я имею ввиду, живу, но не живу.
Лучше не вдаваться в подробности.
Мы здесь проездом.
Можно с тобой поговорить?
Вау, Гогену палец в рот не клади.
Давай не будем возвращаться в 20ые!
- Что ты говоришь? - Мы должны остаться здесь.
Это начало Прекрасной эпохи.
Это величайшая, красивейшая эра, которую знал Париж.
Да, но что на счет 20ых, и чарльстона
и Фицджеральда и Хемингуэя?
Мне они нравятся.
Но это же настоящее. Это скучно.
Скучно?
Это не мое настоящее.
Я из 2010.
Что ты имеешь в виду?
Я встретил тебя также, как мы оказались здесь.
Правда?
Я пытался убежать от своего настоящего также, как ты бежишь от своего,
в величайшую эпоху.
Ну ты же не думаешь, что 20ые величайшая эпоха!
Для меня величайшая.
Но я из 20ых, и я говорю тебе, что величайшая эпоха - это Прекрасная эпоха.
Посмотри на них. Для них величайшая эпоха - это Ренессанс.
Они бы променяли Прекрасную эпоху, чтобы иметь возможность писать вместе с
Тицианом и Микеланджело.
А те, наверно, думали,
что жизнь была лучше во время татаро-монгольского ига.
Меня только что осенило. Это может быть банально, но
по крайней мере объясняет мой страх во сне.
- Каком сне? - Прошлой ночью мне снился
кошмар, в котором у меня закончился Зитромакс.
А потом я пошел к дантисту, у которого не было Новокаина.
Понимаешь о чем я?
У этих людей нет обезболивающих.
О чем ты говоришь?
Адриана, если ты здесь останешься и сделаешь это своим временем,
тогда, очень скоро, ты станешь думать, что было какое-то другое время,
которое ты назовешь великой эпохой.
Вот что значит настоящее.
Это может немного неудовлетворительно, но жизнь сама неудовлетворительна.
Вот в чем проблема писателей.
Вы полны слов.
Но я больше эмоциональный человек,
и собираюсь остаться,
и жить в Париже самого великого времени.
Ты однажды сделал выбор оставить Париж и пожалел.
Да, пожалел. Это было плохое решение,
но по крайней мере это был мой выбор.
Я сделал выбор. А это полнейшее
безумие. Эта схема не работает:
если я когда-нибудь хочу написать что-либо стоящее, я должен
избавиться от своих иллюзий, и поэтому я буду
счастливее в прошлом, чем там, где мой дом.
Итак...
Прощай, Гил?
Прощай.
Пендер, я прочла новую версию, ты на правильном пути.
Ты хорошо меня понял.
Если и остальная книга будет такая же,
- результат будет превосходен. - Это отличные новости!
Я действительно прислушался к вам и рад
что, похоже, я продвигаюсь вперед.
Для меня очень много значит, что вы...
- Хэм прочел тоже и сказал... - Он прочел?
...он сказал, что это будет хорошая книга.
Но у него есть одно замечание по сюжету.
Какое?
Он не верит, что главный герой
не замечает, что его невеста ему изменяет.
- С кем? - С другим персонажем. Педантом.
Так вот, что значит уход от реальности.
Спасибо.
Ты сумасшедший!
Пол и я?
Откуда у тебя такие идеи?
Откуда? От Хемингуэя.
Он это понял, и думается он не ошибся.
Гил, твой бзик возвращается.
- Нет! - Нет ничего сумасшедшего на счет Хэма,
или Фицджеральда, или Штейн, или Дали!
Да, кроме того, что они давно умерли!
Нет. Прошлое не умирает.
Вообще-то, это даже не прошлое. Знаешь, кто это сказал?
Фолкнер. И он был прав. Я его тоже видел.
Встретились на ужине.
- Ты псих ненормальный! - Нет.
- Еще как да. - Нет, я слишком доверчив.
Я ревнив и доверчив.
Это когнитивный диссонанс.
Скотт Фицджеральд говорил об этом.
Инес, меня обмануть ты можешь, но только не Хемингуэя.
Господи Иисусе, вот псих-то.
Ладно. Да!
Я провела с Полом несколько ночей,
потому что он романтик и говорит по-французски,
а ты все время работаешь и, возможно, это загадка этого сентиментального города...
Но проехали, Гил.
Просто помни об этом, когда мы вернемся домой.
Я не вернусь домой.
- Извини, что? - Я остаюсь здесь, и это не имеет ничего
общего с романтикой. Париж есть Париж.
Инес, ты и я, это очевидно, мы не...
Мы не подходим друг другу.
Что?
Что ты сказал?
О чем ты вообще говоришь?
- Готовы поплавать? - Привет!
Мы расстаемся.
- Что? - Гил переезжает в Париж.
- Я так и знала, я же говорила. - В чем дело?
Я останусь в Париже, но
потому что мы...
если мне не понравится, я вернусь домой. Но на какое-то время я здесь.
С кем? С кем, Гил?
- Да ни с кем... - С одной из твоих придуманных подруг?
Мама была права на счет тебя.
У тебя какой-то детали не хватает.
Это я первый сказал.
Любой, чей главный герой зарабатывает на жизнь
продавая пистонные пистолетики и альбомы для вырезания с Джоан Кроуфорд...
Я не хочу изображать из себя
мученика, но я думаю, тебе будет лучше без меня.
- Правда. - Мы согласны!
Давай.
Гуляй по улицам. Восхищайся парижскими огнями и крышами.
Прощай, Инес.
Передавай привет Троцкому.
- Невероятно! - Знаешь, я...
нанял детектива, чтобы следить за ним. Я чувствовал, что с ним что-то не так.
- Правда? - Еще как.
Он видел, как он садится в машину каждую полночь
и внимательно за ним следил.
- И что там было? - Я не знаю.
Детективное агентство говорит, что детектив пропал.
Кому обязаны честью?
Я потерялся.
Свернул не на том повороте.
Стража!
Голову с плеч!
Привет!
Ух ты!
Рад тебя видеть.
Что ты здесь делаешь?
Иду с ужина с друзьями.
- Ладно. - Я живу здесь.
А ты? Что ты здесь делаешь?
Так, вышел прогуляться.
Вообще-то... я решил переехать в Париж.
- Правда? Я уверена, тебе понравится. - Точно.
- Ты так думаешь? - Да.
Я вспоминала тебя на следующий день.
- Правда? - Да, потому что
мой босс достал целый альбом Кола Портера.
И из-за этого ты меня вспоминала?
Рад, что ты вспомнила обо мне в таком ключе.
Ты домой идешь?
Да.
Можно тебя проводить или угостить чашечкой кофе?
Ну вот, дождь начинается.
Да все равно. Я не против промокнуть.
- Правда? - Да.
Вообще-то, Париж наиболее прекрасен под дождем.
Я то же самое всегда говорю.
Не мог бы согласиться больше.
Да, действительно прекраснее.
Кстати, меня зовут Габриэль.
- Гил. - Очень приятно.
У тебя красивое имя.
Перевод: Дмитрий Иванов dimitryivanov@mail.ru